Елена Шевелёва (odri_maat) wrote,
Елена Шевелёва
odri_maat

Categories:

Ксения Некрасова

Я опять в своем репертуаре. Вот понимаете, небольшая книжка Валерии Пришвиной «Наш дом». Рассказы о Дунине, много всего о творчестве Пришвина.  И много, очень много упоминаний о разных людях. Я себе целый список составила – кого посмотреть, о ком почитать. Сегодня расскажу вам о Ксении Некрасовой, поэте. Да, именно поэте, ибо, как говорила Анна Ахматова,  среди женщин она знает только двух поэтов: Марину Цветаеву и Ксению Некрасову.



Начну цитатой из книги, описывающими первую встречу Валерии Пришвиной с Ксенией Александровной.
Я упомянула о некоторых писателях с «именами», бывавших в Дунине. Но не могу обойти рядом с ними и одного почти забытого человека, не нашедшего при жизни своей судьбы, но подлинного поэта. Это была Ксения Некрасова. Она скиталась по Москве, жила попеременно у разных людей. Ее, вероятно, считали не совсем нормальной и почти не печатали.
Встретилась она с нами так: однажды летом в Дунине, войдя в свою комнату, я увидела на постели крепко спящую женщину. Она была молода, со странным, непривлекательным, перекошенным лицом (потом выяснилось – она попала в какую-то катастрофу). Я присела в недоумении на стул и стала ждать. Ксения чутко отозвалась на человеческое присутствие, тут же проснулась, улыбнулась и сказала: «Вот я и добралась к Пришвину. Вы его жена? Ну, значит, вы тоже должны понимать…» Спустила ноги и, не вставая с постели, стала читать мне свои стихи, движением руки подчеркивая ритм.
То, что она читала, было необыкновенно, и это была поэзия. Сама она во время чтения, казалось мне, преображалась.
Ксения у нас не загостилась, но появлялась время от времени, похожая на летящую куда-то большую растрепанную птицу. Немедленно, с ходу поднималась ее маленькая рука, и звучали строки белого стиха, близкого, на мой взгляд, многим записям Пришвина, его ритмической прозе. Голос у Ксении был нежный, гибкий, в ритм строк, не вязавшийся с ее наружностью. Михаил Михайлович о ней записал: «Была поэтесса Ксения Некрасова, невзрачная, нелепая, необразованная, неумеющая, но умная и почти что мудрая. У Ксении Некрасовой, у самого Розанова, и у Хлебникова, и у многих таких души не на месте сидят, как у всех людей, а сорваны с места и парят в красоте».


И стоит под кленами скамейка,
на скамье небес не замечая,
юноша, как тонкий дождик,
пальцы милой женщины руками,
словно струны, тихо задевает.
А в ладонях у нее сирени,
у плеча кружевная пена,
и средь тишайших ресниц
обетованная земля, -
на прозрачных лугах
ни забот, ни тревог,-
одно сердце поет
в берестяной рожок
о свершенной любви.

Я не буду подробно рассказывать о жизни Некрасовой. Она была трудной и довольно короткой. Если хотите, почитайте потом, я в конце ссылки дам. Мне хочется остановиться на том, что мне близко и понятно, а именно, на портрете Некрасовой, написанном Робертом Фальком, который находится в собрании Русского музея в Санкт-Петербурге.



Вот строки из воспоминаний Ангелины Щекин Кротовой, вдовы Роберта Фалька :
…когда Фальк увидел ее в этом платье … она была похожа на матрешку ... и Фальк в своем портрете, вот этом вот, он посадил ее на стул, но - заметили? - там нет спинки стула, так что кажется - она сидит как бы в воздухе, таким вот комочком, как будто бы матрешка: несколько укороченная эта юбка так вот спадает, так что видно только кончики ее черненьких башмачков - таких сапожков, тоже таких простецких русских, - сложив на коленях свои вот эти прелестные ручки. И Фальк говорил, что ему бы хотелось, чтобы в этом портрете Ксана была очень-очень русская, и не только просто русская, но какая-то от русского искусства народного, как будто бы вятская игрушка, сделанная из одного комка глины. И когда этот портрет у нас смотрели, то всегда задавали такой вопрос: "А кто это, кто это?" Фальк не говорил. "Как интересно... Вот как будто бы деревенская какая-то девочка. Да нет, смотрите, глаза у нее какие-то другие..." Ну, потом я обычно читала стихи ее, и тогда ее образ становился понятным. А мне как-то Ксана огорченная сказала: "Геля, ну почему Фальк сделал такой портрет?! Словно я домработница какая или деревенская баба... А я же такая изысканная". А я сказала: "Знаешь, Ксаночка, Фальк исходил из стихов твоих. Ты народная. Вот твои стихи тоже очень народные. И вот как твои стихи - такой же и твой портрет". - "Это мысль, - сказала Ксана, так подняла пальчик в воздух - она любила так, такой пальчик, так им всегда дирижировала и утверждала что-нибудь таким мановением пальца. - Это мысль!" - и успокоилась.

Мои стихи
иль я сама -
одно и то же, -
только форма разная…

Во время сеансов она всегда читала свои стихи, а иногда сочиняла их тут же, в мастерской, лежа на тахте. "Сначала она что-то бормотала, как во сне, - пишет Щекин-Кротова, - а потом громко, дирижируя пальчиком, повторяла две-три строчки и кричала мне: "Запиши, запиши, а то забуду!".
Сам Роберт Фальк с восторгом отзывался о "зрительных находках" Некрасовой, которые будто просились на холст:

Это не небо,
а ткань,
привязанная к стволам,
голубая парча
с золотыми пчелами
и россыпью звезд
на древесных сучках.


Помимо портрета живописного известно около двух десятков графических портретов Некрасовой - набросков, рисунков, этюдов, выполненных Фальком в 40-е-50-е годы. Они разные, но все очень живые. Это лицо увлекало художника своей изменчивостью, подвижностью проявляемых эмоций, будто поэзия, проступавшая сквозь человеческие черты, высвечивала их каждый раз иначе, по-другому…



Не правда ли, интересно? Один и тот же человек, а какие разные лица… Я тут экспериментирую потихоньку – автопортреты рисую. Ну, как рисую, так наброски. И вот такое, бывает, получается…  То старуха, то красотка. А модель-то одна. Ну, это так, лирическое отступление от лирического.

Но вернемся к Ксении Александровне. Без жилья, без средств к существованию, Некрасова годами мыкалась по углам (спала то в ванной у кого-нибудь, то на полу под роялем). Ходила в заношенном цветастом платье, прикрепив к груди что-то наподобие цветка. Если становилось совсем неловко, поверх надевала пальто, подпоясавшись ремешком. С готовностью принимала предложения покормить её.


На этом наброске, кстати, как и на портрете, бусы на Ксении из фасоли. Сама сделала. Она часто сама делал украшения - из ягод, шишек. Другого-то у нее не было...

Ксению называли блаженной, а некоторые просто ненормальной. Но мастер переставил ударения. И вместо  "чуднОй"  явилась "чУдная".  "Блаженная" попала на "иконы".

И что-то мне хотелось людям дать:
Добро ли совершить,
Иль написать стихи
                о человечьем лике.

Представляете себе изысканного Роберта Фалька и странную, некрасивую женщину, преображавшуюся во время чтения свих стихов. Удивительный контраст. Но, по-видимому, они дружили. И в семье Фалька ее любили.

…Люблю в пристанище я это
      заходить,
под крышей этой
забываю я
и горести, и странности мои.
Сходились юноши сюда
с неуспокоенной душою,
седые женщины
с девичьими глазами
и убеленные снегами
художники,
постигшие и страны, и моря.
Но жизнь, как в молодости
       тайной,
вся нераскрытием полна…


Журнальный зал
Библиотека имени Горького
Утреннее лицо Ксении Некрасовой
Стихи Ксении Некрасовой
Невеста человечества (фильм)

И раз уж зашел разговор о Русском музее... Я зимой впервые там была. Не видела портрета Некрасовой. Да я тогда и не знала о ней. Теперь, если попаду снова, обязательно отыщу...

Tags: Петербург, закладки, люди, читаю
Subscribe

  • Ноготки

    Каюсь, когда фотографировала клумбу, совершила акт вандализма - сорвала три календулки. Хотя, их бы всё равно затоптали. Клумба находится в углу,…

  • * * *

    Картинка так себе, но пусть будет. Стараюсь показывать практически всё. Цветные карандаши, бумага 19х12 см. На днях ко мне залетел воробей. В…

  • Стены

    Цветные карандаши, бумага 297х210 мм.

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments